Ведущая: Металлы в космосе и на железной дороге. Сегодня узнаем, как омичане причастны к решению глобальных задач. Это программа «Сделано у нас».
Наталья (ведущая): Здравствуйте, Станислав Владимирович.
Станислав Владимирович: Здравствуйте, Наталья.
Наталья: Спасибо, что пригласили на ваше производство. Я надеюсь, сегодня мы побываем там, где обычно рядовой потребитель услуг побывать не может. Мы хотим познакомиться с процессом производства ближе.
Станислав Владимирович: На самом деле всегда рады встретить наших потребителей на заводе, показать, рассказать — это интересно и увлекательно.
Наталья: Как изготавливают полуфабрикаты продуктов, которые потом становятся изделиями применимыми, ну например, в аэрокосмической отрасли?
Станислав Владимирович: Давайте выберем самый простой продукт — пруток, который мы делаем у себя на заводе.
Наталья: Пруток — это что?
Станислав Владимирович: Пруток — это вытянутый круглый цилиндрический материал из высококачественной прецизионной стали. Давайте начнём с этого. Потом уже из этих прутков точат то, что им нужно для своих деталей.
Наталья: Жарко у вас тут достаточно. Какая температура плавильного участка? Внутри печки до полутора тысяч градусов. Там особенно тепло. Зимой можно греться рядом со слитками.
Наталья: Как рождаются на свет ваши изделия? С чего всё начинается?
Станислав Владимирович: Всё начинается с чёткого расчёта рецептуры. Потому что мы готовим эксклюзивные блюда: нужно с точностью до грамма вычислить все массы, которые мы сюда добавим, взять чистейшее сырьё, которое мы используем, не ошибиться ни в чём. Потом всё это смешать в печи. Печи вот запущены в этом году. Люди следят за точностью температуры — температуру с точностью до десяти градусов надо рассчитать, чтобы не было лишнего кипения. Плюс откачать все лишние газы. Вакуумная система работает отлично, и мы получаем первую заготовку — это слиток.
Станислав Владимирович: Слиток — это просто болванка. Можем показать... Например, вот она лежит. Это болванка. Это слиток. Да. Это вот то, с чего всё начинается.
Станислав Владимирович: Первым делом, когда получили слиток, надо проверить, насколько правильно мы подобрали химсостав. Отрезаем кусочек, как блюдо пробуют на кухне, так мы относим в нашу лабораторию. Лаборатория смотрит, проверяет до тысячных все примеси. Если всё отлично, то мы идём дальше по цепочке производства.
Наталья: А что они ищут? Что проверяют?
Станислав Владимирович: Проверяют абсолютно всё. Может быть 50 компонентов: вредные примеси, полезные примеси, газы — всё это влияет. Тысячные доли могут изменить полностью магнитные свойства сплава, полностью механику изменить. То есть у нас прецизионная металлургия, тут нельзя ошибаться. Наталья: Если проверка проведена, поставлена пятёрка...
Станислав Владимирович: Проверка проведена точно. Если вдруг что-то не так, мы сомневаемся — мы лучше его переплавим, добавив необходимые материалы. Только когда мы полностью уверены, что всё хорошо, мы идём дальше по цепочке производства. Сегодня мы с вами рассмотрим цепочку производства прутка. Тогда получается, что мы сплавили круглый слиток и повезли его на свою кузню, где будем его обрабатывать с помощью нашего гидравлического молота.
Наталья: Пруток другими словами — это что? И где нам его искать? В каких сферах он используется? Станислав Владимирович: Наш пруток в любой высокотехнологичной сфере используется. Всё, что может полететь высоко и надёжно — там нужны наши прутки. Даже вот вчера приезжали делать «Ласточки» — там тоже нужны наши прутки. Поезда, самолёты — всё подряд.
Станислав Владимирович: Здравствуйте, Наталья.
Наталья: Спасибо, что пригласили на ваше производство. Я надеюсь, сегодня мы побываем там, где обычно рядовой потребитель услуг побывать не может. Мы хотим познакомиться с процессом производства ближе.
Станислав Владимирович: На самом деле всегда рады встретить наших потребителей на заводе, показать, рассказать — это интересно и увлекательно.
Наталья: Как изготавливают полуфабрикаты продуктов, которые потом становятся изделиями применимыми, ну например, в аэрокосмической отрасли?
Станислав Владимирович: Давайте выберем самый простой продукт — пруток, который мы делаем у себя на заводе.
Наталья: Пруток — это что?
Станислав Владимирович: Пруток — это вытянутый круглый цилиндрический материал из высококачественной прецизионной стали. Давайте начнём с этого. Потом уже из этих прутков точат то, что им нужно для своих деталей.
Наталья: Жарко у вас тут достаточно. Какая температура плавильного участка? Внутри печки до полутора тысяч градусов. Там особенно тепло. Зимой можно греться рядом со слитками.
Наталья: Как рождаются на свет ваши изделия? С чего всё начинается?
Станислав Владимирович: Всё начинается с чёткого расчёта рецептуры. Потому что мы готовим эксклюзивные блюда: нужно с точностью до грамма вычислить все массы, которые мы сюда добавим, взять чистейшее сырьё, которое мы используем, не ошибиться ни в чём. Потом всё это смешать в печи. Печи вот запущены в этом году. Люди следят за точностью температуры — температуру с точностью до десяти градусов надо рассчитать, чтобы не было лишнего кипения. Плюс откачать все лишние газы. Вакуумная система работает отлично, и мы получаем первую заготовку — это слиток.
Станислав Владимирович: Слиток — это просто болванка. Можем показать... Например, вот она лежит. Это болванка. Это слиток. Да. Это вот то, с чего всё начинается.
Станислав Владимирович: Первым делом, когда получили слиток, надо проверить, насколько правильно мы подобрали химсостав. Отрезаем кусочек, как блюдо пробуют на кухне, так мы относим в нашу лабораторию. Лаборатория смотрит, проверяет до тысячных все примеси. Если всё отлично, то мы идём дальше по цепочке производства.
Наталья: А что они ищут? Что проверяют?
Станислав Владимирович: Проверяют абсолютно всё. Может быть 50 компонентов: вредные примеси, полезные примеси, газы — всё это влияет. Тысячные доли могут изменить полностью магнитные свойства сплава, полностью механику изменить. То есть у нас прецизионная металлургия, тут нельзя ошибаться. Наталья: Если проверка проведена, поставлена пятёрка...
Станислав Владимирович: Проверка проведена точно. Если вдруг что-то не так, мы сомневаемся — мы лучше его переплавим, добавив необходимые материалы. Только когда мы полностью уверены, что всё хорошо, мы идём дальше по цепочке производства. Сегодня мы с вами рассмотрим цепочку производства прутка. Тогда получается, что мы сплавили круглый слиток и повезли его на свою кузню, где будем его обрабатывать с помощью нашего гидравлического молота.
Наталья: Пруток другими словами — это что? И где нам его искать? В каких сферах он используется? Станислав Владимирович: Наш пруток в любой высокотехнологичной сфере используется. Всё, что может полететь высоко и надёжно — там нужны наши прутки. Даже вот вчера приезжали делать «Ласточки» — там тоже нужны наши прутки. Поезда, самолёты — всё подряд.
Наталья: Вот как раз это и есть те самые прутки, да, Станислав Владимирович?
Станислав Владимирович: Да, мы дошли до следующего передела. Получив слиток определённого химического состава с точностью до тысячных процентов, мы теперь должны его как следует перемесить, потренировать.
Наталья: Потренировать?
Станислав Владимирович: Да, потренировать с помощью нашего супер-тренера — это гидравлический молот две с половиной тонны.
Наталья: У вас и кухня, и тренажёрный зал — тут всё сразу!
Станислав Владимирович: Полный набор.
Наталья: Когда мы только зашли, смотрели, как ваши сотрудники надевают специальную экипировку серебряную. Почему серебряная, а не золотая?
Станислав Владимирович: У нас цвет завода — серебристый. Мы очень много работаем с никелем, медью правда тоже работаем, но серебро-серебряный цвет — это отталкивающий жаропрочный костюм, который защищает от ожогов, потому что температура в печи 1200 градусов. Достав этот слиток, находясь рядом с ним, надо, конечно, быть защищённым. Поэтому вот специально для пожарных такие костюмы используются, мы их купили своим сотрудникам.
Наталья: С молотом работают люди по профессии кузнецы?
Станислав Владимирович: Вот буквально в сентябре месяце самый знаменитый кузнец Мценска пришёл работать.
Наталья: Чем он знаменит?
Станислав Владимирович: Он делал очень красивые статуи драконов и прочее. Про него много репортажей снимали, можете посмотреть. Но он занимался ручной ковкой — это такая эксклюзивная работа. Теперь промышленной ковкой занимается на современном молоте.
Наталья: У вас один молот или два?
Станислав Владимирович: У нас четыре молота.
Наталья: Уже четыре молота?
Станислав Владимирович: Да, мы всегда работаем масштабно. Если что-то получилось — у нас пять вакуумных печей. Первую пошли, купили ещё, чтобы ассортимент могли давать большой и если что-то сломается — мы всегда можем переключиться.
Наталья: Что умеют ваши молоты?
Станислав Владимирович: Молоты прежде всего прорабатывают структуру металла. Это очень важно. Металл должен быть мелкозернистый — тогда его качество растёт. И металл должен быть всесторонне прокован. Маленькие зёрна дают качество и магнитных свойств, и механически прочнее становится. Второй момент — молот меняет форму металла. Расплавленный металл — он как хороший такой пластилин. Его можно мять, гнуть, можем делать круги, можем делать поковки, можем различные формы придать.
Наталья: Очень полезная машина! Но почему она так сильно стучит?
Станислав Владимирович: Две с половиной тонны, когда поднимают вверх и роняют вниз — это достаточно громко. Если вы просто молотком постучите дома — это тоже громко. Этот в тысячу раз тяжелее молотка.
Наталья: Производительность какая? Они устают когда-нибудь? Вы им даёте отдыхать? Поэтому у вас их четыре, чтоб по очереди работали?
Станислав Владимирович: Нет, у нас один молот в одну смену может выдавать три-четыре тонны продукции, поэтому просто это запас прочности на случай резкой потребности качественного металла. Наталья: А производительность одного?
Станислав Владимирович: Один молот две-три тонны за смену может выдавать. Больше нам скорее нужны кузнецы. По молотам мы определились, ищем квалифицированные кадры, которые готовы на них работать.
Наталья: Кузнец — это такая профессия, кажется, из прошлого, да?
Станислав Владимирович: Да, очень благородная профессия. Плавильщик металлов тоже тысячелетней истории и кузнец.
Наталья: А на современном молоте нужны какие-то особые навыки? И получить их можно только на производстве?
Станислав Владимирович: Да, нужно чувствовать силу удара, высоту, как нажать, где посильнее стукнуть, где послабее, когда перевернуть, конечно смотреть за температурой. Потому что если немножко температура меньше технологической — то всё развалится; если больше — то тоже всё развалится. Это с годами нарабатывается.
Наталья: Я знаю, что к вам часто на экскурсию приходит молодёжь. Они возвращаются для того, чтобы прийти работать или хотя бы интерес проявляют? Говорят: вернусь когда-нибудь к вам?
Станислав Владимирович: Мало того, что говорят — возвращаются, работают. И мы всегда рады молодёжи и показываем, что производство — это интересно и это важно.
Наталья: Пойдёмте посмотрим следующий этап, где работает та самая молодёжь ваша.
Станислав Владимирович: Да, мы дошли до следующего передела. Получив слиток определённого химического состава с точностью до тысячных процентов, мы теперь должны его как следует перемесить, потренировать.
Наталья: Потренировать?
Станислав Владимирович: Да, потренировать с помощью нашего супер-тренера — это гидравлический молот две с половиной тонны.
Наталья: У вас и кухня, и тренажёрный зал — тут всё сразу!
Станислав Владимирович: Полный набор.
Наталья: Когда мы только зашли, смотрели, как ваши сотрудники надевают специальную экипировку серебряную. Почему серебряная, а не золотая?
Станислав Владимирович: У нас цвет завода — серебристый. Мы очень много работаем с никелем, медью правда тоже работаем, но серебро-серебряный цвет — это отталкивающий жаропрочный костюм, который защищает от ожогов, потому что температура в печи 1200 градусов. Достав этот слиток, находясь рядом с ним, надо, конечно, быть защищённым. Поэтому вот специально для пожарных такие костюмы используются, мы их купили своим сотрудникам.
Наталья: С молотом работают люди по профессии кузнецы?
Станислав Владимирович: Вот буквально в сентябре месяце самый знаменитый кузнец Мценска пришёл работать.
Наталья: Чем он знаменит?
Станислав Владимирович: Он делал очень красивые статуи драконов и прочее. Про него много репортажей снимали, можете посмотреть. Но он занимался ручной ковкой — это такая эксклюзивная работа. Теперь промышленной ковкой занимается на современном молоте.
Наталья: У вас один молот или два?
Станислав Владимирович: У нас четыре молота.
Наталья: Уже четыре молота?
Станислав Владимирович: Да, мы всегда работаем масштабно. Если что-то получилось — у нас пять вакуумных печей. Первую пошли, купили ещё, чтобы ассортимент могли давать большой и если что-то сломается — мы всегда можем переключиться.
Наталья: Что умеют ваши молоты?
Станислав Владимирович: Молоты прежде всего прорабатывают структуру металла. Это очень важно. Металл должен быть мелкозернистый — тогда его качество растёт. И металл должен быть всесторонне прокован. Маленькие зёрна дают качество и магнитных свойств, и механически прочнее становится. Второй момент — молот меняет форму металла. Расплавленный металл — он как хороший такой пластилин. Его можно мять, гнуть, можем делать круги, можем делать поковки, можем различные формы придать.
Наталья: Очень полезная машина! Но почему она так сильно стучит?
Станислав Владимирович: Две с половиной тонны, когда поднимают вверх и роняют вниз — это достаточно громко. Если вы просто молотком постучите дома — это тоже громко. Этот в тысячу раз тяжелее молотка.
Наталья: Производительность какая? Они устают когда-нибудь? Вы им даёте отдыхать? Поэтому у вас их четыре, чтоб по очереди работали?
Станислав Владимирович: Нет, у нас один молот в одну смену может выдавать три-четыре тонны продукции, поэтому просто это запас прочности на случай резкой потребности качественного металла. Наталья: А производительность одного?
Станислав Владимирович: Один молот две-три тонны за смену может выдавать. Больше нам скорее нужны кузнецы. По молотам мы определились, ищем квалифицированные кадры, которые готовы на них работать.
Наталья: Кузнец — это такая профессия, кажется, из прошлого, да?
Станислав Владимирович: Да, очень благородная профессия. Плавильщик металлов тоже тысячелетней истории и кузнец.
Наталья: А на современном молоте нужны какие-то особые навыки? И получить их можно только на производстве?
Станислав Владимирович: Да, нужно чувствовать силу удара, высоту, как нажать, где посильнее стукнуть, где послабее, когда перевернуть, конечно смотреть за температурой. Потому что если немножко температура меньше технологической — то всё развалится; если больше — то тоже всё развалится. Это с годами нарабатывается.
Наталья: Я знаю, что к вам часто на экскурсию приходит молодёжь. Они возвращаются для того, чтобы прийти работать или хотя бы интерес проявляют? Говорят: вернусь когда-нибудь к вам?
Станислав Владимирович: Мало того, что говорят — возвращаются, работают. И мы всегда рады молодёжи и показываем, что производство — это интересно и это важно.
Наталья: Пойдёмте посмотрим следующий этап, где работает та самая молодёжь ваша.
Станислав Владимирович: После ковки все прутки кладутся в специальную ванну с песком, где они должны остывать не быстро, не медленно, а ровно с той скоростью, как надо.
Наталья: И после того, как они остыли?
Станислав Владимирович: После того, как они остыли, они идут дальше на участок механической обработки для снятия поверхностных дефектов.
Наталья: Говорят, у вас на предприятии есть раритетные образцы?
Станислав Владимирович: Да, у нас есть станки которым по сто двадцать–сто двадцать пять лет. Мы их уважаем, ценим и поддерживаем в рабочем состоянии.
Наталья: Ну предпочитаете, конечно же, новые?
Станислав Владимирович: Конечно. Каждый месяц закупаем по одному-два новых станка.
Наталья: Вот этому сколько лет?
Станислав Владимирович: Этот вот на прошлой неделе запущен. Первую неделю работает. Хорошо себя проявляет, не жалуемся.
Наталья: У вас здесь большой парк техники, а для чего? Что вы здесь делаете?
Станислав Владимирович: Здесь у нас происходит обработка механическая. То есть если мы на плавке получили качественную химию, на кузне получили хорошую структуру, то сейчас задача убрать все поверхностные дефекты. Идёт такая стрижка, по сути, слитка идёт — убираем всё ненужное, оставляем нужный размер. И всё, что срезаем, обязательно аккуратно собираем и вовлекаем обратно в производство. Вот здесь такой промежуточный участок перед уже финальной отправкой.
Наталья: А лаборатория проверяет?
Станислав Владимирович: Лаборатория обязательно проверяет. Лаборатория проверяет химию после плавки, структуру и магнитные свойства после ковки, а здесь уже после обточки идёт ультразвуковой контроль — смотрят, есть ли дефект внутри или нет. Если дефект находят — то вырезают. Пруток — это самая простая технология, потому что у нас есть трубы, фольги — там намного больше переделов.
Станислав Владимирович: Пруток проходит четыре вида лаборатории. Это как по кабинетам поликлиники. Там ультразвуковой контроль — это прямо как вводят нам ультразвук, так же просвечивают пруток насквозь, смотрят дефекты. А это вообще высшая математика — это проверка на магнитные свойства. Из огромного прутка был такой огромный пруток, и осталось вот это.
Наталья: Да, вот мы когда кровь сдаём, мы же сдаём одну пробирку, а не всю кровь, правильно? Тут то же самое: мы отрезаем маленький кусочек и делаем правильную геометрию. И с помощью современного оборудования мы уже проверяем магнитные свойства. Там много параметров надо смотреть.
Станислав Владимирович: После прохождения успешно всех четырёх видов испытаний ему выписывается паспорт полноценного изделия и отправляется на упаковку уже для отправки нашим заказчикам.
Наталья: И после того, как они остыли?
Станислав Владимирович: После того, как они остыли, они идут дальше на участок механической обработки для снятия поверхностных дефектов.
Наталья: Говорят, у вас на предприятии есть раритетные образцы?
Станислав Владимирович: Да, у нас есть станки которым по сто двадцать–сто двадцать пять лет. Мы их уважаем, ценим и поддерживаем в рабочем состоянии.
Наталья: Ну предпочитаете, конечно же, новые?
Станислав Владимирович: Конечно. Каждый месяц закупаем по одному-два новых станка.
Наталья: Вот этому сколько лет?
Станислав Владимирович: Этот вот на прошлой неделе запущен. Первую неделю работает. Хорошо себя проявляет, не жалуемся.
Наталья: У вас здесь большой парк техники, а для чего? Что вы здесь делаете?
Станислав Владимирович: Здесь у нас происходит обработка механическая. То есть если мы на плавке получили качественную химию, на кузне получили хорошую структуру, то сейчас задача убрать все поверхностные дефекты. Идёт такая стрижка, по сути, слитка идёт — убираем всё ненужное, оставляем нужный размер. И всё, что срезаем, обязательно аккуратно собираем и вовлекаем обратно в производство. Вот здесь такой промежуточный участок перед уже финальной отправкой.
Наталья: А лаборатория проверяет?
Станислав Владимирович: Лаборатория обязательно проверяет. Лаборатория проверяет химию после плавки, структуру и магнитные свойства после ковки, а здесь уже после обточки идёт ультразвуковой контроль — смотрят, есть ли дефект внутри или нет. Если дефект находят — то вырезают. Пруток — это самая простая технология, потому что у нас есть трубы, фольги — там намного больше переделов.
Станислав Владимирович: Пруток проходит четыре вида лаборатории. Это как по кабинетам поликлиники. Там ультразвуковой контроль — это прямо как вводят нам ультразвук, так же просвечивают пруток насквозь, смотрят дефекты. А это вообще высшая математика — это проверка на магнитные свойства. Из огромного прутка был такой огромный пруток, и осталось вот это.
Наталья: Да, вот мы когда кровь сдаём, мы же сдаём одну пробирку, а не всю кровь, правильно? Тут то же самое: мы отрезаем маленький кусочек и делаем правильную геометрию. И с помощью современного оборудования мы уже проверяем магнитные свойства. Там много параметров надо смотреть.
Станислав Владимирович: После прохождения успешно всех четырёх видов испытаний ему выписывается паспорт полноценного изделия и отправляется на упаковку уже для отправки нашим заказчикам.
